History of Sinology/ru/Chapter 17
Глава 17: Соединённые Штаты — От Фридриха Хирта к модели региональных исследований
1. Введение: позднее начало и стремительный подъём
Американская синология явилась поздно. Когда первое американское торговое судно «Императрица Китая» достигло Гуанчжоу в 1784 году и суперкарго Сэмюэл Шоу записал свои впечатления о Китае, Франция уже располагала традицией китаеведения, восходившей на два столетия к иезуитской миссии; Германия создала «Novissima Sinica» Лейбница (1697); а Швеция накопила значительный объём знаний о Китае благодаря плаваниям Ост-Индской компании. Через пятьдесят лет после начала американской торговли с Китаем «ни один американский купец не мог говорить по-китайски, тем более проводить исследования этой страны».[1]
Однако менее чем за полтора столетия американская синология — или, как её всё чаще предпочитали называть, «китаеведение» — стала крупнейшей, наиболее щедро финансируемой и институционально разнообразной традицией изучения Китая в мире. Эта трансформация была обусловлена тремя силами: миссионерским предприятием XIX века, породившим первое поколение американских учёных-китаеведов; «пересадкой» подготовленных в Европе учёных, прежде всего немца Фридриха Хирта, привнёсшего континентальные филологические методы в американские университеты; и революцией в организации знания, произошедшей во время и после Второй мировой войны, когда Джон Кинг Фэрбэнк и его единомышленники создали модель «региональных исследований» (area studies), определившую американское взаимодействие с Китаем на весь оставшийся XX век.
История американской синологии также в большей степени, чем любой другой национальной традиции, определена политикой. Холодная война, маккартизм, Вьетнамская война и нормализация китайско-американских отношений оставили глубокие следы на направлении, финансировании и институциональной структуре американского китаеведения. Напряжение между «синологией» в европейском понимании — гуманитарным изучением китайской цивилизации через её письменные памятники — и «китаеведением» как обществоведческим предприятием, ориентированным на современные политические задачи, является определяющей чертой американской науки со времён Фэрбэнка.
2. Миссионерский период (1830–1920)
Американская синология родилась в «договорных портах». Первые американские миссионеры прибыли в Китай в 1830-х годах, и почти столетие именно учёные-миссионеры определяли американское знание о Китае. До Первой Опиумной войны лишь четыре американских миссионера постоянно проживали в районе Гуанчжоу–Макао: Элайджа Коулман Бриджмен, Сэмюэл Уэллс Уильямс, Питер Паркер и Стивен Джонсон. К 1850 году число американских протестантских миссионеров в Китае достигло восьмидесяти восьми; к 1877 году — двухсот десяти.[2]
Бриджмен (1801–1861), прибывший в Китай в 1829 году, стал первым американским синологом. Американское правление миссионеров поручило ему «докладывать о характере, обычаях и нравах этого народа — в особенности о том, как на них влияет его религия». Бриджмен нашёл западное знание о Китае крайне неадекватным и решил предоставить всестороннюю, обновлённую и «непредвзятую» информацию о Китае.[3]
Результатом стал Chinese Repository («Китайский хранитель знаний»), первое западное периодическое издание, посвящённое преимущественно Китаю. Основанное в мае 1832 года и выходившее до конца 1851 года, оно охватывало китайскую политику, экономику, географию, историю, право, естественную историю, торговлю и язык. Каждый выпуск тиражом от четырёхсот до тысячи экземпляров распространялся в Китае, США и Европе, а его материалы часто перепечатывались ведущими западными периодическими изданиями.[4]
Сэмюэл Уэллс Уильямс (1812–1884) прибыл в Гуанчжоу в 1833 году. Он провёл сорок лет в Китае и стал одним из наиболее выдающихся американских учёных-китаеведов XIX века. В 1877 году он вернулся в США и был назначен первым в американской истории профессором китайского языка и литературы в Йельском колледже.
Главным трудом Уильямса стал «Срединное царство» (The Middle Kingdom, 1848, переизд. 1883) — первый всеобъемлющий американский обзор Китая в двух томах и 1 200 страниц. Французский библиограф Анри Кордье поставил его на первое место среди американских трудов в своей Bibliotheca Sinica, а Фэрбэнк позднее счёл его пригодным в качестве «учебного плана» для региональных исследований.[5]
Его лексикографические труды — в особенности «Слоговой словарь китайского языка» (1874), охватывавший 12 527 иероглифов с произношением на путунхуа, кантонском, хоккиенском и шанхайском диалектах, — были признаны лучшими китайско-английскими словарями своей эпохи.[6]
Миссионерский период породил созвездие учёных: Джастус Дулиттл (1824–1880) создал «Общественную жизнь китайцев» (1867); Уильям Александр Парсонс Мартин (1827–1916) основал Пекинское восточное общество; Артур Хендерсон Смит (1845–1932) опубликовал «Китайские черты характера» (1890); Уильям Вудвилл Рокхилл (1854–1914) совершил два одиночных путешествия в Тибет.[7]
Важнейшим американским синологом начала XX века был Бертольд Лауфер (1874–1934), родившийся в Кёльне и обучавшийся в Германии. Его шедевр Sino-Iranica (1919) — монументальное исследование материально-культурного обмена между Китаем и Ираном. Дэвид Хони заметил, что Лауфер был «единственным выдающимся американским синологом своего поколения, хотя и родившимся и обучавшимся в Германии».[8][9]
3. Фридрих Хирт в Колумбии: немецкая «пересадка»
Переход от миссионерской к профессиональной синологии в Америке символизировал — и отчасти осуществил — приход Фридриха Хирта (1845–1927) в Колумбийский университет. Хирт, родом из Графентонны в Тюрингии, был старейшиной немецких синологов. Проведя двадцать пять лет в Китае (1870–1895) на различных официальных должностях, он был признан «деканом немецких синологов» и избран в Баварскую академию наук в 1897 году.[10]
Хирт занимал кафедру в Колумбии с 1902 по 1917 год, привнеся европейские филологические стандарты в американскую синологию и утвердив Колумбию как один из первых американских университетов, предлагавших серьёзное академическое обучение китаеведению.[11]
В Йеле традицию китаеведения, начатую Уильямсом, продолжил Кеннет Скотт Латуретт, чей учебник «Развитие Китая» (1917) стал первым — и, вероятно, наиболее успешным — учебником о Китае для американских студентов колледжей.[12]
4. Институциональный переход и становление профессиональной синологии
Основание Ассоциации Дальнего Востока в 1941 году ознаменовало институциональную кульминацию перехода к региональным исследованиям. Под руководством Фэрбэнка Ассоциация получила значительную поддержку фондов Форда и Рокфеллера. В 1956 году она была переименована в Ассоциацию азиатских исследований (AAS), а её журнал — в Journal of Asian Studies, наиболее влиятельное англоязычное периодическое издание по азиатским исследованиям.[13]
Развитие американского китаеведения в начале 1950-х годов было серьёзно нарушено маккартизмом. Ряд специалистов по Китаю подвергся преследованиям за предполагаемые коммунистические симпатии. Однако маккартизм оказался временным явлением: к середине 1950-х стратегическая необходимость «знать врага» перевесила идеологическую подозрительность.[14]
5. Революция Фэрбэнка: региональные исследования и современный Китай
Никто не оказал большего влияния на институциональное развитие американского китаеведения, чем Джон Кинг Фэрбэнк (1907–1991). Родившийся в Южной Дакоте, Фэрбэнк окончил Гарвард в 1929 году, получил докторскую степень в Оксфорде, выбрав темой китайскую морскую таможенную систему — исследовательскую ориентацию, «полностью отличную от традиционной синологии с её фокусом на филологическом и документальном анализе древнекитайской истории и культуры. Это был совершенно новый эксперимент».[15]
Вернувшись в Гарвард, Фэрбэнк создал новую институциональную базу для изучения Китая. В 1956 году он основал Центр восточноазиатских исследований при Гарварде и руководил им двадцать лет. Модель «региональных исследований», которую отстаивал Фэрбэнк, отличалась несколькими чертами: фокус на современном Китае; акцент на обществоведческой подготовке наряду с языковыми навыками; поощрение междисциплинарных исследований. Как резюмировал сам Фэрбэнк, региональные исследования представляли собой «сочетание традиционной синологии с общественными науками».[16]
Институциональное влияние было огромным. Между 1955 и 1975 годами гарвардский Центр подготовил около двухсот исследователей, присвоил более шестидесяти докторских степеней и поддержал ещё 275 диссертаций в других департаментах. К 1970-м годам учёные, получившие восточноазиатскую подготовку в Гарварде, занимали должности в семидесяти–восьмидесяти американских университетах.[17]
Модель Фэрбэнка была стремительно воспроизведена по всей американской университетской системе. Закон о национальной обороне и образовании 1958 года предписал создание центров иностранных языков и региональных исследований. Между 1959 и 1970 годами общие американские государственные и частные инвестиции в китаеведение составили приблизительно семьдесят миллионов долларов — девятнадцатикратный рост за тринадцать лет.[18]
6. Три парадигмы: воздействие-реакция, традиция-современность и империализм
С конца Второй мировой войны до конца 1960-х годов в американском китаеведении доминировали три аналитические рамки. Модель «воздействия-реакции» Фэрбэнка утверждала, что китайская цивилизация была по существу статичной, и только «воздействие Запада» могло разрушить традиционный порядок. Джозеф Левенсон, работавший в Беркли, представлял модель «традиция-современность». Третья парадигма — модель «империализма» — доминировала в изучении китайской экономической истории.[19]
Несмотря на различия, все три парадигмы разделяли общие допущения: все рассматривали китайское общество как «стагнирующее» до западного контакта; все использовали западные стандарты развития как универсальные мерки прогресса.[20]
7. «Китаецентричный» поворот
К концу 1960-х — началу 1970-х годов и внутренние, и международные события подорвали интеллектуальные основания трёх доминирующих парадигм. Молодое поколение американских китаеведов начало искать новый подход, кульминацией которого стала «китаецентричная» ориентация, охарактеризованная Полом Коэном в его влиятельном исследовании «Открывая историю в Китае» (1984).[21]
Этот подход был открыт книгой Филипа Куна «Мятеж и его враги в позднеимператорском Китае» (1970). Затем последовали крупные работы: Скиннер «Город в позднеимператорском Китае» (1977), Спенс и Уиллс «От Мин к Цин» (1979). Эти труды подходили к китайской истории изнутри Китая, а не с позиции Запада; разделяли Китай «горизонтально» на регионы и провинции; «вертикально» — на социальные страты; и активно привлекали методы социальных наук.[22]
8. Научное наследие Фэрбэнка
Фэрбэнк был чрезвычайно продуктивен: более шестидесяти книг, включая «Торговлю и дипломатию на побережье Китая» (на основе оксфордской диссертации), «Соединённые Штаты и Китай» (1948; пять изданий) и многотомную «Кембриджскую историю Китая».[23]
Фэрбэнк был одним из первых учёных, получивших доступ к новооткрытым архивам цинского дворца в Пекине в 1932 году. Его важнейшим достижением было, пожалуй, институциональное, а не собственно научное. До 1940 года в США было, вероятно, лишь около пятидесяти профессиональных учёных-востоковедов; к моменту выхода Фэрбэнка на пенсию в 1977 году одних лишь его гарвардских учеников можно было найти в десятках американских университетов.[24]
9. Разделение «синология» versus «китаеведение»
Революция Фэрбэнка не уничтожила старшую традицию гуманитарной синологии. Учёные вроде Питера Будберга и Эдварда Шефера в Беркли продолжали классическую филологическую работу в европейской традиции. Напряжение между «синологией» (филологическим изучением классической китайской цивилизации) и «китаеведением» (обществоведческим изучением современного Китая) оставалось постоянной чертой американской науки.[25]
Будберг, русский эмигрант, преподававший в Беркли с 1936 года до смерти в 1972-м, представлял наиболее бескомпромиссную защиту филологической синологии в Америке. Его ученик Шефер успешно создал «новый жанр учёного письма», обращая «поэтическую проницательность к конкретным проявлениям культуры».[26]
10. Современное американское китаеведение
С 1980-х годов американское китаеведение трансформировалось благодаря нескольким факторам. Важнейшим стало открытие самого Китая: американские учёные получили беспрецедентный доступ к китайским архивам, библиотекам и полевым исследованиям. К 2003 году пятьдесят крупных американских исследовательских учреждений располагали почти 800 000 томов на китайском языке.[27]
Три «теории среднего уровня» оказались особенно влиятельными: теория инволюции Филипа Хуана; теория гражданского общества, применённая Уильямом Роу к Ханькоу; и постмодернистские подходы, включая «Историю в трёх ключах» Пола Коэна (1997) и «Транслингвальную практику» Лидии Лю (1995).[28]
Начало XXI века ознаменовалось становлением цифровых гуманитарных наук как значительной силы в американском китаеведении.
11. Заключение: парадокс американской синологии
Главная сила американской синологии — институциональный масштаб, финансовые ресурсы, методологическое разнообразие, вовлечённость в современные политические проблемы — является одновременно источником наиболее устойчивых напряжений. Революция Фэрбэнка, демократизировавшая китаеведение путём его интеграции с общественными науками, одновременно ослабила связь между изучением Китая и филологическими традициями — китайскими и западными, — поддерживавшими синологию на протяжении столетий.
Вопрос о том, что значит изучать Китай «изнутри», остаётся спорным: достаточно ли применять западные обществоведческие теории к китайскому материалу, или подлинное понимание требует более глубокого погружения в китайские интеллектуальные традиции, китайские языки (классический и современный) и китайские способы познания? Этот вопрос, впервые поставленный Будбергом и Шефером в 1950–1960-х годах, остаётся столь же актуальным и сегодня.
Примечания
Библиография
Cohen, Paul A. Discovering History in China: American Historical Writing on the Recent Chinese Past. New York: Columbia University Press, 1984.
—. History in Three Keys: The Boxers as Event, Experience, and Myth. New York: Columbia University Press, 1997.
Fairbank, John King. Trade and Diplomacy on the China Coast: The Opening of the Treaty Ports, 1842–1854. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1953.
—. The United States and China. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1948. 5th ed., 1989.
Hirth, Friedrich. The Ancient History of China to the End of the Chou Dynasty. New York: Columbia University Press, 1908.
Honey, David B. Incense at the Altar: Pioneering Sinologists and the Development of Classical Chinese Philology. New Haven: American Oriental Society, 2001.
Laufer, Berthold. Sino-Iranica: Chinese Contributions to the History of Civilization in Ancient Iran. Chicago: Field Museum of Natural History, 1919.
Levenson, Joseph R. Confucian China and Its Modern Fate. 3 vols. Berkeley: University of California Press, 1958–1965.
Williams, Samuel Wells. The Middle Kingdom. 2 vols. New York: Wiley and Putnam, 1848. Rev. ed. 1883.
Zhang Xiping 张西平. Ou-Mei Hanxue de Lishi yu Xianzhuang 欧美汉学的历史与现状. Zhengzhou: Daxiang Chubanshe, 2005.
Примечания
- ↑ David B. Honey, Incense at the Altar: Pioneering Sinologists and the Development of Classical Chinese Philology (New Haven: American Oriental Society, 2001), preface, xxii.
- ↑ Honey, Incense at the Altar, preface, x.
- ↑ Zhang Xiping, lecture 1, "Introduction to Western Sinology Studies," pp. 165–168.
- ↑ Peter K. Bol, "The China Historical GIS," Journal of Chinese History 4, no. 2 (2020).
- ↑ Hilde De Weerdt, "MARKUS: Text Analysis and Reading Platform," in Journal of Chinese History 4, no. 2 (2020).
- ↑ Tu Hsiu-chih, "DocuSky, A Personal Digital Humanities Platform for Scholars," Journal of Chinese History 4, no. 2 (2020).
- ↑ Peter K. Bol and Wen-chin Chang, "The China Biographical Database," in Digital Humanities and East Asian Studies (Leiden: Brill, 2020).
- ↑ See Chapter 22 (Translation) of this volume on AI translation challenges.
- ↑ "WenyanGPT: A Large Language Model for Classical Chinese Tasks," arXiv preprint (2025).
- ↑ "A Multi Agent Classical Chinese Translation Method Based on Large Language Models," Scientific Reports 15 (2025).
- ↑ See, e.g., Mark Edward Lewis and Curie Viragh, "Computational Stylistics and Chinese Literature," Journal of Chinese Literature and Culture 9, no. 1 (2022).
- ↑ Hilde De Weerdt, Information, Territory, and Networks: The Crisis and Maintenance of Empire in Song China (Cambridge: Harvard University Asia Center, 2015).
- ↑ Zhang Xiping, lecture 15, section 2.
- ↑ On McCarthyism and its impact on American China studies, see Zhang Xiping, lecture 15, section 2.
- ↑ Zhang Xiping, lecture 1, pp. 54–60.
- ↑ Zhang Xiping, lecture 1, pp. 102–113.
- ↑ Zhang Xiping, lecture 1, pp. 114–117.
- ↑ "The World Conference on China Studies: CCP's Global Academic Rebranding Campaign," Bitter Winter (2024).
- ↑ "Academic Freedom and China," AAUP report (2024); Sinology vs. the Disciplines, Then & Now, China Heritage (2019).
- ↑ Thomas Michael, "Heidegger's Legacy for Comparative Philosophy and the Laozi," International Journal of China Studies 11, no. 2 (2020): 299.
- ↑ Steven Burik, The End of Comparative Philosophy and the Task of Comparative Thinking: Heidegger, Derrida, and Daoism (Albany: SUNY Press, 2009).
- ↑ David L. Hall and Roger T. Ames, Thinking Through Confucius (Albany: SUNY Press, 1987), preface.
- ↑ Francois Jullien, Detour and Access: Strategies of Meaning in China and Greece (New York: Zone Books, 2000).
- ↑ Bryan W. Van Norden, Taking Back Philosophy: A Multicultural Manifesto (New York: Columbia University Press, 2017).
- ↑ Carine Defoort, "'Chinese Philosophy' at European Universities: A Threefold Utopia," Dao 16, no. 1 (2017): 55–72.
- ↑ On "colonial collaboration," see ibid.
- ↑ On post-war Korean sinology, see "Two Millennia of Sinology," Journal of Chinese History.
- ↑ On the Vietnamese examination system, see the Wikipedia article "Confucian court examination system in Vietnam".