History of Sinology/ru/Chapter 19

From China Studies Wiki
Jump to navigation Jump to search
Previous◀ ru
History_of_Sinology
Nextru ▶

Глава 19: Восточная Азия — Синология в Японии, Корее и Вьетнаме

1. Япония: кангаку — древнейшая непрерывная традиция изучения Китая за пределами Китая

Япония обладает древнейшей непрерывной традицией изучения Китая за пределами самого Китая. На протяжении более чем тысячелетия образованные японцы изучали китайский язык, читали китайскую литературу, впитывали китайскую философию и создавали исследования китайской цивилизации, которые в лучших своих образцах не уступали или превосходили труды западных синологов. Эта традиция — именуемая кангаку (漢学, букв. «ханьская учёность» или «китайское учение») — не имеет аналогов ни в одной другой стране. Когда европейские учёные лишь начинали расшифровывать китайские иероглифы в XVII веке, японские учёные уже более тысячи лет читали, комментировали и обсуждали китайскую классику.[1]

Однако история японской синологии — не просто повествование о непрерывном усвоении. На каждом этапе японское столкновение с китайской учёностью определялось напряжением между рецепцией и сопротивлением, между престижем китайской цивилизации и утверждением самобытной японской идентичности.

1.1 Домодерные основы

Передача китайской письменности в Японию традиционно датируется V веком н.э., когда корейские учёные — в особенности полулегендарный Вани (王仁) — предположительно доставили «Лунь юй» и «Цяньцзы вэнь» к японскому двору. К VII веку японское государство в массовом порядке переняло китайскую письменность, административные институты, правовые кодексы и буддийские практики. «Манъёсю» (万葉集, ок. 759), древнейшее сохранившееся собрание японской поэзии, было записано китайскими иероглифами. В эпоху Хэйан (794–1185) при дворе действовало Дайгаку-рё (大学寮, «Управление университета»), предлагавшее обучение китайской классике, праву, истории и литературе.[2]

Средневековый период ознаменовался приходом чань-(дзэн-)буддизма, который принёс новую волну китайского культурного влияния. Дзэнские монастыри годзан (五山, «Пять гор») стали центрами китайской учёности.[3]

1.2 Конфуцианские школы эпохи Токугава: золотой век кангаку

Сёгунат Токугава (1603–1868) принял неоконфуцианство — конкретно философию Чжу Си (朱子学, сюсигаку) — в качестве идеологического фундамента режима. Главным конфуцианским учебным заведением сёгуната было Сёхэйко (昌平黌). Помимо него каждый из приблизительно 250 феодальных доменов содержал собственную школу (ханко 藩校). К концу эпохи Токугава насчитывалось около 270 доменных школ.[4][5]

Частные академии (дзюку 塾) дополняли систему. Знаменитое Кайтокудо (懐徳堂) в Осаке, Кангиэн (咸宜園) Хиросэ Тансо и Сёка Сондзюку (松下村塾) Ёсида Сёина подготовили многих будущих лидеров Реставрации Мэйдзи.[6]

Интеллектуальная жизнь токугавского кангаку выражалась в соперничестве школ конфуцианской мысли: школа Чжу Си (сюсигаку), школа Ван Янмина (ёмэйгаку 陽明学), движение «Древнего учения» (когаку 古学) — Ито Дзинсай и Огю Сорай, — а также «Национальное учение» (кокугаку 国学) Мотоори Норинага.[7][8]

1.3 Трансформация Мэйдзи и современная академическая синология

Реставрация Мэйдзи 1868 года и последующая программа вестернизации трансформировали японское общество. Доменные школы и Сёхэйко были упразднены. Изучение Китая, дотоле центральное для японской интеллектуальной жизни, было оттеснено на периферию. Однако эпоха Мэйдзи породила и современную академическую синологию. Сиратори Куракити (白鳥庫吉, 1865–1942) стал основателем дисциплины тоёси (東洋史, «Восточная история») в Токийском императорском университете, применив ранкеанские методы критики источников к восточноазиатской истории.[9][10]

1.4 Найто Конан и Киотская школа

Найто Торадзиро (内藤虎次郎, 1866–1934), известный под литературным именем Найто Конан, стал основателем Киотской школы историографии и одним из наиболее влиятельных синологов XX века. Его важнейшим вкладом стала периодизация китайской истории, согласно которой переход от поздней Тан к Северной Сун представлял решающий водораздел — момент вступления Китая в «модерн» (кинсэй 近世). Этот тезис бросил вызов и традиционному китайскому представлению о самодостаточности каждой династии, и западному допущению о том, что модерность — исключительно европейское явление.[11][12]

«Тезис о танско-сунском переходе» стал одним из наиболее дискутируемых положений в историографии Восточной Азии, оказав глубокое влияние на западную синологию. Киотская школа отличалась от Токийской большим вниманием к культурной и интеллектуальной истории, более глубоким вовлечением в китайские источники и более сочувственным отношением к китайской цивилизации.[13]

Мияцаки Итисада (宮崎市定, 1901–1995) развил тезис Найто, создав исследования китайской экзаменационной системы и социально-экономической истории Сун. В 1978 году он получил Премию Станислава Жюльена Французской академии надписей и изящной словесности.[14]

1.5 Послевоенная японская синология

Поражение Японии в 1945 году спровоцировало глубокий кризис в японской синологии. Такэути Ёсими (竹内好, 1910–1977) призывал к радикальному пересмотру японского подхода к Китаю. Ёсикава Кодзиро (吉川幸次郎, 1904–1980) продолжил филологическую традицию Киотской школы. Послевоенная Япония создала одну из наиболее масштабных в мире институциональных инфраструктур для изучения Китая. Нормализация японо-китайских отношений в 1972 году открыла новые возможности для научного обмена.[15][16][17]

Современная японская синология характеризуется продуктивным напряжением между классической филологической традицией, унаследованной от кангаку, и современными подходами. Японские учёные продолжают вносить крупный вклад в изучение китайской классической литературы, древней истории, философии и искусства.[18]

2. Корея: конфуцианское наследие

2.1 Классический китайский в корейской интеллектуальной жизни

Вовлечённость Кореи в китайскую учёность почти столь же древна, как и японская, а в некоторых отношениях даже глубже. Классический китайский язык был языком управления, науки и высокой культуры в Корее на протяжении более тысячелетия. Династия Чосон (1392–1897), принявшая неоконфуцианство как государственную идеологию, создала, возможно, наиболее последовательно конфуцианизированное общество в восточноазиатской истории.[19]

Корейская экзаменационная система (кваго 科挙), учреждённая в 958 году, продолжалась до 1894 года. Наиболее самобытным институтом были частные конфуцианские академии — совоны (書院). Первый совон — Сосу — был основан в 1543 году; к XVIII веку их насчитывалось более 670. В 2019 году девять корейских совонов были включены в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.[20][21]

2.2 Корейский вклад в изучение китайской классики

Корейские учёные не просто усваивали китайскую учёность, но и вносили оригинальный вклад. Величайшие неоконфуцианские мыслители Чосон — Ли Хван (李滉, 1501–1570, Тхвеге) и Ли И (李珥, 1536–1584, Юльгок) — вступили в глубокий диалог с философией Чжу Си. «Дебаты о четырёх и семи» (Сачхиль нонджэн) стали одним из наиболее продолжительных и строгих философских дискуссий в истории восточноазиатской мысли.[22]

Движение Сирхак (實學, «Практическое учение») XVII–XVIII веков, представленное Чон Ягёном (丁若鏞, 1762–1836, Тасан), отстаивало более эмпирический и практически ориентированный подход к науке.

Корея также сыграла заметную роль в сохранении и передаче китайских текстов. Корейское книгопечатание подвижным металлическим шрифтом (с 1234 года — за два столетия до Гутенберга) порой сохраняло чтения, утраченные в китайских изданиях. Трипитака Корёана (Пхальмандэджангён), вырезанная на более чем 80 000 деревянных печатных досках, является наиболее полным и старейшим сохранившимся изданием китайского буддийского канона.[23]

2.3 Современная корейская синология

Японская аннексия Кореи в 1910 году и последующий колониальный период оказали сложное воздействие на корейскую синологию. После освобождения в 1945 году и раздела полуострова южнокорейская синология быстро развивалась. Крупнейшие университеты — Сеульский национальный, Корёский, Ёнсеский и Сонгюнгванский — открыли кафедры китайского языка, литературы и истории.[24]

Корейская синология занимает особое положение: подобно Японии, Корея обладает глубокой исконной традицией китайской классической учёности; но, в отличие от Японии, Корея никогда не имела империалистических отношений с Китаем. Когда корейский учёный читает «Лунь юй» на классическом китайском, она не вступает во взаимодействие с иностранным текстом так, как это делает французский или американский синолог, — она читает текст, который её предки изучали, заучивали наизусть и обсуждали на протяжении пяти столетий.[25]

3. Вьетнам: китайско-вьетнамская традиция

3.1 Тысячелетие китайского правления и его наследие

Отношения Вьетнама с китайской цивилизацией — наиболее тесные из всех стран, рассматриваемых в настоящем томе. Находившийся под китайским управлением более тысячи лет — с 111 г. до н.э., когда Хань завоевала Намвьет, до 939 г. н.э. — Вьетнам усвоил китайские административные институты, правовые кодексы, письменность и учёность в масштабах, оставивших неизгладимый отпечаток.[26]

Даже после обретения независимости вьетнамское государство продолжало использовать классический китайский (тьы хан, 字漢) как официальный письменный язык. Конфуцианская экзаменационная система, учреждённая в 1075 году при династии Ли, просуществовала более восьми столетий. Вьетнам является последней страной, проводившей конфуцианские государственные экзамены: французские колониальные власти упразднили их в 1913 году в Тонкине и в 1918–1919 годах в Аннаме.[27]

3.2 Конфуцианские экзамены и тьы ном

В 1070 году династия Ли основала Храм литературы (Ван Мьеу) в Тханглонге (Ханое), а в 1076 году — Императорскую академию (Куок ты зям). Помимо тьы хан Вьетнам развил собственную письменность для местного языка — тьы ном (字喃, «южное письмо»). Величайшее произведение вьетнамской литературы — «Киеу» Нгуен Зу (ок. 1820) — было написано на тьы ном.[28]

Введение тьы куок нгы — романизированной вьетнамской письменности — постепенно вытеснило тьы хан и тьы ном. Сегодня менее ста учёных в мире свободно читают тьы ном. Институт хан ном (Вьен нгиен кыу хан ном) в Ханое собрал более 20 000 старинных книг.[29]

3.3 Вьетнамские учёные и EFEO

Учёный Ле Куи Дон (1726–1784), часто именуемый «величайшим вьетнамским полиматом», составил обширные комментарии к китайским философским и историческим текстам. Французская школа Дальнего Востока (EFEO), базировавшаяся в Ханое с основания в 1898 году до 1957 года, сыграла решающую роль в развитии вьетнамской синологии.[30]

3.4 Современное вьетнамское китаеведение

После нормализации китайско-вьетнамских отношений в 1991 году вьетнамская синология пережила возрождение. Вьетнамская академия общественных наук и Ханойский национальный университет расширили программы китаеведения. Вьетнамская синология разделяет с корейской ряд черт: обе выросли из глубокого взаимодействия с китайской цивилизацией; обе были сформированы колониализмом; обе характеризуются напряжением между почтением к китайскому классическому наследию и утверждением национальной самобытности.[31]

4. Заключение: восточноазиатская синология в сравнительной перспективе

Синологические традиции Японии, Кореи и Вьетнама имеют общее происхождение в культурном влиянии китайской цивилизации, но развивались разительно по-разному. Японская традиция — наиболее масштабная и институционально закреплённая. Корейская, хотя и менее известная на международном уровне, опирается на удивительно глубокое взаимодействие с конфуцианской мыслью. Вьетнамская, нарушенная колониализмом и утратой иероглифической грамотности, стоит перед наиболее настоятельными задачами сохранения и восстановления.

Все три традиции ставят под сомнение негласное допущение значительной части западной синологии о том, что изучение Китая — западное предприятие. Задолго до первой лекции Ремюза в Коллеж де Франс японские учёные уже тысячу лет читали и комментировали китайскую классику. Задолго до того, как европейские миссионеры составили первые китайско-латинские словари, корейские учёные уже печатали китайские буддийские тексты подвижным шрифтом. Всякая история синологии должна считаться с этими традициями — не как с приложениями к западному повествованию, а как с автономными и во многих случаях более древними и глубокими формами взаимодействия с китайской цивилизацией.

Примечания

Примечания

  1. ↑ David B. Honey, Incense at the Altar: Pioneering Sinologists and the Development of Classical Chinese Philology (New Haven: American Oriental Society, 2001), preface, xxii.
  2. ↑ Zhang Xiping, lecture 1, "Introduction to Western Sinology Studies," pp. 165–168.
  3. ↑ Peter K. Bol, "The China Historical GIS," Journal of Chinese History 4, no. 2 (2020).
  4. ↑ Tu Hsiu-chih, "DocuSky, A Personal Digital Humanities Platform for Scholars," Journal of Chinese History 4, no. 2 (2020).
  5. ↑ Peter K. Bol and Wen-chin Chang, "The China Biographical Database," in Digital Humanities and East Asian Studies (Leiden: Brill, 2020).
  6. ↑ See Chapter 22 (Translation) of this volume on AI translation challenges.
  7. ↑ "Benchmarking LLMs for Translating Classical Chinese Poetry: Evaluating Adequacy, Fluency, and Elegance," Proceedings of EMNLP (2025).
  8. ↑ "A Multi Agent Classical Chinese Translation Method Based on Large Language Models," Scientific Reports 15 (2025).
  9. ↑ See, e.g., Mark Edward Lewis and Curie Viragh, "Computational Stylistics and Chinese Literature," Journal of Chinese Literature and Culture 9, no. 1 (2022).
  10. ↑ China-Princeton Digital Humanities Workshop 2025 (chinesedh2025.eas.princeton.edu).
  11. ↑ Zhang Xiping, lecture 1, pp. 54–60.
  12. ↑ Zhang Xiping, lecture 1, pp. 96–97, citing Li Xueqin.
  13. ↑ Zhang Xiping, lecture 1, pp. 102–113.
  14. ↑ "The World Conference on China Studies: CCP's Global Academic Rebranding Campaign," Bitter Winter (2024).
  15. ↑ "Academic Freedom and China," AAUP report (2024).
  16. ↑ "They Don't Understand the Fear We Have," Human Rights Watch (2021).
  17. ↑ Kubin, Hanxue yanjiu xin shiye, ch. 7, pp. 100–111.
  18. ↑ Thomas Michael, "Heidegger's Legacy for Comparative Philosophy and the Laozi," International Journal of China Studies 11, no. 2 (2020): 299.
  19. ↑ Steven Burik, The End of Comparative Philosophy and the Task of Comparative Thinking (Albany: SUNY Press, 2009).
  20. ↑ David L. Hall and Roger T. Ames, Thinking Through Confucius (Albany: SUNY Press, 1987), preface.
  21. ↑ Francois Jullien, Detour and Access (New York: Zone Books, 2000).
  22. ↑ Carine Defoort, "Is There Such a Thing as Chinese Philosophy?" Philosophy East and West 51, no. 3 (2001): 393–413.
  23. ↑ On Korean printing and textual transmission, see the UNESCO Memory of the World inscription for the Jikji.
  24. ↑ On post-war Korean sinology, see "Two Millennia of Sinology," Journal of Chinese History.
  25. ↑ "Two Millennia of Sinology," Journal of Chinese History.
  26. ↑ On the Chinese period, see Keith Weller Taylor, The Birth of Vietnam (1983).
  27. ↑ On the Vietnamese examination system, see the Wikipedia article "Confucian court examination system in Vietnam".
  28. ↑ On chữ Nôm, see the Wikipedia article "Chữ Nôm".
  29. ↑ On the Hán Nôm Institute, see the Wikipedia article "Chữ Nôm".
  30. ↑ On the EFEO in Hanoi, see Chapter 8, section 7.
  31. ↑ On the challenges and opportunities of Vietnamese sinology, see "Sinology in Vietnam," Journal of Chinese History.
Previous◀ ru
History_of_Sinology
Nextru ▶
Retrieved from "https://bou.de/u/index.php?title=History_of_Sinology/ru/Chapter_19&oldid=172056"